Неточные совпадения
Полковники Смит и Соммерсет (
первый был потом губернатором) с
февраля начали свои действия.
Вадим умер в
феврале 1843 г.; я был при его кончине и тут в
первый раз видел смерть близкого человека, и притом во всем не смягченном ужасе ее, во всей бессмысленной случайности, во всей тупой, безнравственной несправедливости.
Первая половина зимы бесснежная, снега выпадают только в
феврале и марте.
Надо опять отступить назад к моменту освобождения крестьян, то есть к марту 1861 года, так как манифест был обнародован в Петербурге не 19
февраля, а в начале марта, в воскресенье на Масленице. Тогда я проводил
первую свою зиму уже писателем, который выступил в печати еще дерптским студентом в октябре предыдущего 1860 года.
Я не знаю, как его взяли от матери, но я его увидел
первый раз, должно быть, так в конце
февраля; он тогда лежал на крылечке большой галереи и грелся.
Будто чувствовалось, что вот-вот и природа оживет из-подо льда и снега, но это так чувствовалось новичку, который суетно надеялся в
первых числах
февраля видеть весну в NN; улица, видно, знала, что опять придут морозы, вьюги и что до 15/27 мая не будет признаков листа, она не радовалась; сонное бездействие царило на ней; две-три грязные бабы сидели у стены гостиного двора с рязанью и грушей; они, пользуясь тем, что пальцы не мерзнут, вязали чулки, считали петли и изредка только обращались друг к другу, ковыряя в зубах спицами, вздыхая, зевая и осеняя рот свой знамением креста.
Первое общество этого рода, основанное сперва по мысли тех лиц, постепенно увеличивалось и в
феврале 1817 года приняло уже некоторую правильную организацию, под названием союза спасения.
На дворе стояли
первые числа
февраля 1876 года.
Так, при
первом фейерверке, сожженном на масленице, 26
февраля 1690 года, — пятифунтовая ракета, не разрядившись в воздухе, упала на голову какого-то дворянина, который тут же испустил дух; в 1691 году, при фейерверке 27 января, взрывом состава изуродовало Гордонова зятя, капитана Страсбурга, обожгло Франца Тиммермана и до смерти убило троих работников (Устрялов, том II, стр. 133).
В тот же день, 19-го
февраля, мы получили приказ: раненых больше не принимать, госпиталь свернуть, уложиться и быть готовыми выступить по
первому извещению. Пришел вечер, все у нас было разорено и уложено, мы не ужинали. Рассказывали, что на правом фланге японцы продолжают нас теснить.
Семнадцатого
февраля была назначена, по распоряжению Аполлоса Михайлыча,
первая репетиция.
В таких колебаниях страха и упования на милосердие Божье прошел месяц. Наступил
февраль. В одну полночь кто-то постучался в ворота домика на Пресне, дворовая собака сильно залаяла. Лиза
первая услышала этот стук, потому что окна ее спальни были близко от ворот, встала с постели, надела туфельки и посмотрела в окно. Из него увидела она при свете фонаря, стоявшего у самых ворот, что полуночник был какой-то офицер в шинеле с блестящими погонами.
Галль, Лейпциг, Томазиус решительно оправдали его на немецком и латинском языках в известной дедукции, изданной in quarto [В четверть бумажного листа (лат.).] прошлого, тысяча семьсот
первого года
февраля пятнадцатого дня.
Цель моей командировки заключалась главным образом в том, чтобы выяснить те новые условия, которые в заводском хозяйстве заменили порядки крепостного права, и затем проследить, как отозвалась в жизни рабочего населения заводов новая пора, наступившая после 19
февраля, какие потребности, нужды и вопросы были выдвинуты ею на
первый план и, наконец, какие темные и светлые стороны были созданы реформами последних лет в экономическом положении рабочего люда, в его образе жизни, образовании, потребностях, нравственном и физическом благосостоянии.
однако ж история, которая лжет только из году в год (
первое апреля и еще 29
февраля), уверяет, что они, проснувшись на другой день, снова читали трактат свой, снова утвердили его и (что не всегда делают и великие державы европейские) старались исполнять во всей точности.
В нас [Мой сын Георгий (Мур), родившийся в полный разгар мечты о Крысолове и
первой главы его — 1-го
февраля 1925 г., в воскресенье, ровно в полдень, в безумную (последнюю!) вьюгу, в избе, в деревне Вшеноры, близ Праги. МЦ.]).
Сегодня он просматривал календарь с самой
первой прокладной страницы, на которой было написано: «По рукоположении меня 4-го
февраля 1831 года преосвященным Гавриилом во иерея, получил я от него сию книгу в подарок за мое доброе прохождение семинарских наук и за поведение».